№ 122№ 124 (2531) 16 Октября 2007г.№ 125 
Вечерний Николаев
Украина НиколаевВечерний Николаев
Николаевская городская газета
На главнуюНаписать нам письмоПоиск по Вечернему НиколаевуВечерний Николаев
Новый номер 
ПОИСК здесь »»

В НОМЕРЕ




 


Реклама в газете


Лики ИСТОРИИ


16 Октября 2007г.

Прочитали: [3308]

ПЕРСТЕНЬ СВЯТОЙ ВАРВАРЫ

Вечерний Николаев

Во всех государственных и общественных организациях бывшего Советского Союза, связанных как-то с именем адмирала С.О.Макарова, обязательно висела картина советского художника, изображавшая В.В.Верещагина, который пишет портрет знаменитого адмирала за несколько минут до взрыва броненосца "Петропавловск". И ни у кого не возникает вопроса: "А так ли это было?". Существует официальная версия этого трагического события, созданная советской пропагандой и живущая до сих пор. Но есть и другая версия, которая мне представляется более близкой к истине.

Вообще с гибелью броненосца "Петропавловск" и вице-адмирала Макарова связано несколько загадок.
Известно, что в тот роковой выход эскадры вместе с Макаровым отправился капитан 2-го ранга великий князь Кирилл Владимирович, профессиональный военный моряк, назначенный 2 марта 1904 г. в оперативный отдел штаба командующего флотом. Далее процитирую официальную справку из недавно вышедшей книги: "Находясь в момент взрыва на мостике вместе с С.О.Макаровым, [К.В.] остался жив, хотя был контужен и обожжен. Подобран с воды миноносцем "Бесшумный". Вскоре подобрали и плавающую недалеко адмиральскую шинель Макарова, но его самого не нашли, откуда сделали вывод, что вице-адмирал утонул.
Возникают сразу же вопросы: Если Кирилл Владимирович стоял на мостике рядом с Макаровым (а это весьма вероятно), то взрывной волной их должно было бы отбросить примерно на одинаковое расстояние, и они должны были плавать недалеко друг от друга. Но почему вместо Макарова плавала только его шинель? Неужели адмирал, перед тем как утонуть, сумел в воде снять зачем-то шинель? Как известно, даже мокрая шерсть плавает долго в воде, создавая тем самым дополнительную плавучесть. Тогда зачем снимать шинель?
А теперь от официальной советской версии я позволю себе перейти к другой, опасаясь "вызвать огонь на себя", но все же...
В ноябре 1984 г. мне удалось побывать в гостях у Л.Н.Неезе, праправнучки адмирала А.С.Грейга, которая проживала в Лейпциге. Среди прочих воспоминаний она поведала мне следующее семейное предание, передававшееся от адмирала С.К.Грейга всем его потомкам.
18 июля 1769 г. Екатерина Великая, отправляя русскую эскадру в первый раз в Средиземное море, прибыла на корабль "Евстафий", где собрались все командиры кораблей во главе с адмиралом Г.А.Спиридовым - командующим эскадры. Она благословила моряков на этот трудный поход, надела на шею Спиридова образ Иоанна-Воина, чтобы он вдохновлял старого адмирала на подвиги, и пожаловала Самуила Карловича Грейга в бригадиры. Лично зная его как прекрасного моряка, императрица сняла с пальца перстень с изображением Святой Варвары и надела его Грейгу. Сказав, что этот святой талисман защитит его от всех бед и не даст Грейгу утонуть.
И действительно, Грейг участвовал в трех знаменитых сражениях - Хиосском и Чесменском в 1770 г. и в Гогландском в 1788 г. - и не только не погиб, но не был даже ни разу ранен. Умирая, адмирал Самуил Грейг завещал, чтобы этот перстень переходил по наследству только потомкам-морякам.
После смерти С.К.Грейга перстень Св. Варвары перешел к его сыну Алексею Грейгу, ставшему впоследствии также адмиралом. А.С.Грейг смолоду участвовал в разных сражениях. За его плечами Гельдер, Данциг, Афонское и Дарданелльское сражения, осада и штурм с моря островов Тенедос и Лемнос, взятие крепостей Варна, Анапа и других. И тоже - он ни разу не был ранен. После его смерти в 1845 г. перстень долгое время находился в семейной шкатулке, поскольку потомки А.С.Грейга не были моряками. Только его правнук (от старшей дочери Юлии Алексеевны) - Николай фон-Кубе - стал моряком и ему достался перстень-талисман. Он был личным адъютантом великого князя Кирилла Владимировича.
Перед выходом в злополучное плавание Макаров беспокоился о личной безопасности великого князя, понимая, что эскадра отправляется не в практическое плавание, а для сражения с японским флотом. Узнав об этом, Николай фон-Кубе снял перстень Св. Варвары и подарил его Кириллу Владимировичу в качестве "проверенного" защитного талисмана.
Глубокой ночью, в 4 часа 30 минут 31 марта,  Макаров перешел на броненосец "Петропавловск". С ним был знаменитый уже художник Верещагин, который собирался писать "с натуры" этюды будущего сражения. В 7 часов утра Макаров приказал двинуться навстречу японской эскадре. Что же делали в это время трое важных особ? Сомневаюсь, чтобы ночью Верещагин писал портрет Макарова, который, вместо того, чтобы распоряжаться действиями эскадры, позировал бы художнику. Согласно преданию, Макаров, Верещагин и Кирилл Владимирович коротали время, сидя в адмиральской каюте и согреваясь разными напитками.
Около девяти часов утра царскому отпрыску стало дурно от выпитого и от духоты в небольшой каюте с низким подволоком (потолком). Вице-адмирал предложил великому князю выйти на открытый мостик и там освежиться морским воздухом. Через вестового он вызвал адъютанта Николая фон-Кубе и велел отвести Кирилла Владимировича на мостик. Но так как в марте на мостике довольно прохладно, то Макаров набросил на плечи великого князя свою шинель. Оставшись в каюте, крепкие от природы, Макаров и Верещагин продолжали беседу.
В 9 часов 30 минут во время маневра при выходе на внешний рейд, в двух милях от маяка на Тигровом полуострове, броненосец подорвался на минах, поставленных минувшей ночью японскими миноносцами.
И тут начинается нечто мистическое. Взрывной волной обожженных Кирилла Владимировича и фон-Кубе выбросило за борт в ледяную воду. Вскоре шлюпка с миноносца "Бесшумный" подобрала из воды великого князя, а потом и шинель Макарова, но фон-Кубе не нашли: молодой, сильный и здоровый моряк, лишенный спасительного талисмана, утонул. Естественно, что Макаров и Верещагин уже не смогли выбраться из каюты накренившегося броненосца. Они ушли вместе с кораблем на дно.
И тут на ум приходит другая мистическая история. После получения чина вице-адмирала С.О.Макаров, видимо, посчитал, что для его адмиральского престижа не хватает дворянского герба. В самом начале XX века Макаров обратился в Геральдический департамент с просьбой выдать ему дворянский герб, для разработки которого были использованы его личные заслуги как гербооснователя. На гербовом щите изображены два перекрещивающихся трезубца Нептуна, которые образовывали рисунок Андреевского креста. Между концами трезубцев помещены четыре взрывающихся гранаты - символ четырех минных катеров, которыми командовал капитан-лейтенант Макаров в русско-турецкую войну в 1877-1878 гг. Но никто почему-то не обратил внимания на то, что эти гербовые гранаты образуют рисунок пылающего православного равноконечного (греческого) креста, который как будто зловеще предсказывал трагическую гибель Макарова: создатель первых миноносцев, успешно совершавших минные атаки, С.О.Макаров погиб от взрыва мин, поставленных японскими миноносцами.
Услышанное мной предание, касающееся гибели Макарова, известно было и ранее, но эта история никогда не обсуждалась в советской печати: нам всегда подавался стандартный хрестоматийно-энциклопедический образ безупречного адмирала, выходца из народа, сотканного из одних достоинств, окрашенных высокопарными эпитетами. Но истинный вице-адмирал Макаров был прежде всего человеком не только с его известными достоинствами, но и слабостями, как любой нормальный "гомо сапиенс". Поэтому он мог и ошибаться и проявлять слабости.
И, наконец, несколько слов в заключение.
Я буду цитировать солидную статью об адмирале, написанную в 1954 г. Вот важная строчка: "На подходе к базе [Порт-Артуру] Макаров организовал дозорную службу и систематическое траление фарватеров и рейдов перед выходом эскадры на внешний рейд". Далее: "Ночь [на 31 марта] была тревожной, с крейсеров и береговых постов на рейде наблюдались силуэты кораблей". И самое важное: "Траление на выходах из базы и внешнем рейде в эту ночь не проводилось". Что же это за "систематическое траление", если перед выходом эскадры Макарова оно не было сделано, тем более что накануне "наблюдались" японские корабли на внешнем рейде? Почему вице-адмирал не приказал предварительно протралить пути движения эскадры? А ведь нетрудно было догадаться, что "наблюдавшиеся" японские корабли ставили мины.
И последнее. Выход эскадры в море, тем более в условиях близости противника и минной опасности, - ответственная операция. В этом случае главнокомандующий должен находиться на мостике. Но С.О.Макаров был в это время у себя в каюте в кругу высоких лиц. Это его и погубило.
Рассказанная история - лишь устное предание. Но более правдоподобна, чем величественно-парадные описания гибели "Петропавловска" в официальной советской литературе.
Юрий Крючков,
 профессор.
Иллюстрации: контр-адмирал С.К.Грейг с портрета И.П.Аргунова; герб С.О.Макарова; вице-адмирал С.О.Макаров.

 
    СЛУЧАЙНО ВЫБРАННЫЕ СТАТЬИ:   

    ДРУГИЕ СТАТЬИ НА ЭТУ ТЕМУ:   



РЕГИСТРАЦИЯ здесь »»
 
E-mail:
Пароль:
  Забыли?

Реклама на сайте

Предыдущий номер
№ 122 (3587)
122 (3587)




 

Просто напомним:
Это № 124 (2531)
от 16 Октября 2007г.


№ 122    № 125

При полной или частичной перепечатке материалов сайта, ссылка на www.vn.mk.ua обязательна.
© 2002-2007
© Вечерний Николаев
© Дизайн: Kabba Design Group
© Хостинг: Фарлеп
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru